Саки. Часть первая

Содержание статьи:

  1. Как же называли себя «скифские» племена, кочевавшие к востоку от Волги?
  2. Древние тексты, содержащие сведения о саках
  3. С чего начиналась сакская эпопея

Эпоху господства в казахстанских и уральских степях саков и савроматов принято обозначать либо археологическими терминами, либо термином, в который вкладывают скорее этнографическое, нежели историческое содержание — «раннежелезный век», «эпоха ранних кочевников», «скифская эпоха». В последнем случае на весь кочевой мир евразийских степей перенесено самоназвание одного из племен иранских кочевников Причерноморья (скудо или шкуда, более поздняя форма с показателем множественного числа — сколоты). «Все вместе они называются сколоты … Скифами же их назвали греки», — писал Геродот [Геродот, IV,6; См. также Дьяконов, 1956,с.242-245]. Свойственный скифам тип вооружения и конского убора, характерная скифская одежда, «звериный стиль» в искусстве засвидетельствованы археологическими раскопками на пространстве от Хуанхэ до Дуная, что и стало основанием для общего названия той культурной общности, которая сложилась в степях не позднее IX-VIII вв. до н.э. и просуществовала по крайней мере до III в. до н.э.

Как же называли себя «скифские» племена, кочевавшие к востоку от Волги?

Первый по времени ответ на этот вопрос содержится в знаменитой скальной надписи Дария I (522-486 гг. до н.э.), относящейся к начальным годам его царствования, Бехистунской надписи; там племена, жившие за Сыр-Дарьей названы сака. Мы еще вернемся к рассказу Дария. Пока же отметим, что Геродот, чья «История» была завершена между 430-424 гг. до н.э., утверждает: «персы всех скифов называют саками» [Геродот, VII,64]. Действительно, не только среднеазиатских, но и причерноморских кочевников, тех самых, кого греки именуют скифами, царь Дарий в надписи из Накши Рустама называет сака парадрайа, т.е. «заморскими саками». Создатели могучей империи Ахеменидов (550-530 гг. до н.э.), сами себя именующие «персами» и «ариями из арийского племени», хорошо знали своих соседей и сородичей. Название народа, употреблявшееся Ахеменидами столь расширительно, они не выдумали. В письменных свидетельствах из Передней Азии имя сака появляется задолго до ахеменидских надписей.

В конце VIII — начале VII вв. до н.э. ассирийские цари были очень обеспокоены опустошительными набегами на их владения неких конных воинов, которых они именовали гиммирри. Без малого через триста лет Геродот рассказал об уходе в Азию под натиском преследовавших их скифов народа киммерийцев, живших в Причерноморье в незапамятные времена. И киммерийцы, и ушедшие за ними на юг скифы создали в Малой Азии и Северном Иране свои небольшие царства, ставшие грозой для соседей. Ныне установлено, что название «киммерийцы» (ассиро-вавилонские «гиммири») вовсе не племенное имя, а древнеиранское обозначение подвижного конского отряда, совершающего набег [Дьяконов, 1981 ,с.90-100]. Для соседей киммерийцев оно стало названием воинственных племен конных лучников, по своей культуре и образу жизни, как установили археологи, неотличимых от скифов-сколотов. Их действительное самоназвание стало известно только после находки надписи в храме богини Иштар, найденной при раскопках столицы Ассирии, Ниневии.

На обнаруженной там мраморной плите была высечена надпись ассирийского царя Ашшурбанапала (669-631 гг. до н.э.). В ней упомянуты гиммири, а их вождь Тугдамме,  погибший впоследствие в Киликии, назван царем саков (возможен и перевод «царь страны саков»). После расшифровки надписи Ашшурбанапала стало ясно, что персы не выдумали имя своих кочевых соседей, а использовали их самоназвание, причем не племенное, а общее для всех кочевых племен, соседствующих с персами в Средней Азии и на Ближнем Востоке и говоривших на родственных древнеперсидскому иранских языках. К этому кругу племен принадлежали и гиммири-киммерийцы, и причерноморские скифы, которые, по словам Геродота, «пришли из Азии», и все кочевники Приаралья и Семиречья, которых, с большим или меньшим успехом, Ахемениды старались сделать поданными империи [Грантовский, 1975,с.84-85; Раевский, 1977 ,с. 143-144].

То, что сакские племена осознавали свою генеалогическую и культурную общность, выраженную единством самоназвания и, возможно, подтвержденную языковой близостью, не только не исключает, а, напротив, предполагает существование местных этнотерриториальных группировок, больших и малых племенных союзов. Названия некоторых из них были зафиксированы в немногих сохранившихся доныне письменных текстах их соседей.

Древние тексты, содержащие сведения о саках

Известны две группы древних текстов, содержащих сведения о саках: клинописные наскальные надписи ахеменидских царей и сочинения греко-римских авторов, начиная с Геродота. В сочинениях античных авторов нашла некоторое отражение ахеменидская политическая и историографическая традиция, но все же преобладала иная информация, полученная разными путями и через разных посредников. К примеру, информаторами Геродота были не только персы, но и причерноморские греки, хорошо знакомые с местными скифами, сами путешествовавшие по скифским землям и собиравшие сведения о дорогах на восток.

Весь этот информационный массив имеет как бы три «этажа».

Самый нижний, т.е. самый ранний «этаж», построен на сведениях древнеперсидских надписей и «скифском рассказе» Геродота.

Второй «этаж» — сведения, полученные и сохраненные эллинами во время и непосредственно после походов Александра Македонского и его пол-итических наследников (диадохов и эпигонов) в Среднюю Азию.

Наконец, третий «этаж» — сведения греческих и латинских писателей, не только воспроизводивших прежние рассказы, но и передававших сообщения, полученные от своих современников, так или иначе соприкасавшихся с миром центральноазиатских народов и стран. Этому хронологическому уровню синхронны сведения о центральноазиатских «варварах», запечатленные на бумаге в совсем другом конце ойкумены, т.е. тогдашнего «обитаемого мира» — в государстве Хань (древнем Китае).

Главными для стран глубинной Азии политическими событиями, по крайней мере, с точки зрения иноземных историографов, были в VI-IV вв. до н.э. отношения с Ахеменидской державой, а в IV-III вв. — поход Александра Македонского на восток и возникновение в центре Азиатского материка эллинистических или эллинизированных государств. Главными событиями, обусловившими содержание третьего информационного «этажа», стали крушение среднеазиатского эллинизма под натиском кочевой периферии и возникновение Великого Шелкового пути, впервые соединившего через Среднюю Азию суперцивилизации Дальнего Востока и Средиземноморья.

С чего начиналась сакская эпопея

Началом сакской эпопеи для исторической науки древности были киммерийские и скифские вторжения в VIII-VII вв. в Переднюю Азию и Причерноморье. Ее продолжением стали военные операции ахеменидских царей, Кира и Дария, против саков за Оксом и Яксартом (соответственно, Аму-Дарья и Сыр-Дарья) против «заморских», т.е. причерноморских саков — скифов-сколотов Геродота. На фоне этих событий появилась первая, не всегда ясная и не вполне достоверная информация о родине сакских племен, об их жизни на своей земле, об их обычаях и нравах, об их племенах, об их северных и восточных соседях.

Кир

В 558 г. до н.э. главой персидских племен на юго-западе Иранского плато стал Кир, внук Кира, царя страны Парсуаш из рода Ахеменидов. Соседями его небольшого царства были четыре самые могущественные державы того времени — Мидия (на Иранском плато), Лидия (в Малой Азии), Вавилония (в междуречье Тигра и Ефрата) и Египет. В 553 г. Кир восстал против своего сюзерена, мидийского царя Астиага, а через три года он уже поселился во дворце прежнего владыки Ирана. В 547 г. было сокрушено Лидийское царство Креза, а в 539 г. настала очередь Вавилонии. Никто не мог устоять перед персидским войском.

Но еще до захвата Вавилонии, между 545-539 гг. Кир повернул главные силы своей армии на восток. Сведений о первом походе Кира очень немного и они не отличаются точностью. Однако, благодаря Бехистунской надписи, известно, что Дарий унаследовал от Кира земли до северо-западных границ Индии, в том числе и страну саков. А античные историографы сообщают, что на границе с саками, близ Яксарта (т.е. Сыр-Дарьи), был сооружен город- крепость Куриштиш (вероятно Курушката — «город Кира»). Впоследствии он был назван спутниками Александра Македонского Кирополем. Мощные стены Кирополя с трудом проломили осадные машины македонцев, и взятая ими крепость была переименована в Александрию Эсхату — «Александрию Крайнюю».

Второй, роковой для него поход на восток Кир предпринял в 530 г. уже глубоким стариком (ему было тогда около 70 лет). Очевидно, ситуация на восточной границе требовала решительных действий. Противников Кира через сто лет Геродот назовет массагетами, «племенем большим и сильным». Жили массагеты, по Геродоту, на равнинах к востоку от Каспия и за рекой Аракс, сорок рукавов которого впадают в топи и болота, а один — в Каспийской море. Здесь Араксом названа Аму-Дарья, а ее главным рукавом — полноводный тогда Узбой. Для того чтобы достигнуть массагетов Кир наводит мосты и «сооружает башни на судах для переправы через реку» [Геродот, 1,205].

Вокруг последнего похода Кира в античной литературе сложилось несколько «остросюжетных», но совершенно легендарных повествований, связанных с именем массагетской «царицы Томириc, которая будто бы, после гибели Кира в проигранном им сражении, приказала бросить его голову в бурдюк, наполненный человеческой кровью. Впрочем, сам Геродот называет эту версию одним из «многочис-ленных рассказов о смерти Кира». Достоверно известно лишь, что Кир погиб в сражении на берегах Узбоя (т.е. Аму-Дарьи) в начале августа 530 г., и что тело его вовсе не стало добычей врагов. Напротив того, оно было доставлено в Пасаргады и погребено, после чего там была сооружена великолепная гробница, сохранившаяся до сих пор. Осталось неясным, была ли разбита персидская армия, потерявшая царя, и покинула ли она вновь завоеванные земли на берегах Аму-Дарьи.

Противников Кира античная традиция именует по раз ному — Геродот называет их массагегами; Ктесии Книдский — врач, вернувшийся в Элладу в 398 г. до н.э. после семнадцатилетнего пребывания при персидском дворе, — дербиками; Берос — вавилонский жрец, историк и астроном, писавший по-гречески в III в. до н.э. и знавший как эллинистическую, так и персидскую традицию, именует племя, сражавшееся с Киром, даями (дахами).

Дарий

В 522 г. до н.э. в охваченном смутой Иране к власти пришел дальний родственник Кира, Дарий. Завоеванные прежде страны, и среди них страна саков, спешили восстановить свою независимость. Дарий начал вновь собирать империю, жестоко карая мятежников. Особенно суровой была расправа с Маргианой (Мерв, совр. г. Мары в Туркменистане), разгромленной сатрапом Бактрии, персом Дадаршишем, оставшимся верным Дарию. Вместе с маргианцами, как полагает немецкий исследователь Ю. Юнге, были разгромлены и приведены к покорности и саки [Justi, с.182].

Через одиннадцать лет после гибели Кира и на третьем году правления Дария (в 519 г.) события на востоке обеспокоили царя:

«Говорит Дарий царь: затем я с войском отправился против Страны саков. Затем саки, которые носят остроконечную шапку, выступили, чтобы дать битву. Когда я прибыл к реке, на ту сторону её со всем войском перешел. Затем я на голову разбил часть саков, а другую [часть] захватил в плен … Вождя их по имени Скунха взяли в плен и привели ко мне. Тогда я другого назначил их вождем, как было на то мое желание. Затем страна стала моей.»
[цит. по Дандамаев, 1985,с.100-101]

Таков текст победной надписи Дария на Бехистунской скале о походе против «саков в остроконечных колпаках», саков-тиграхауда. Здесь впервые назван один из сакских племенных союзов, но назван он тем именем, которое ему дали персы, выделившие в одежде саков этого племени характерную особенность.

Битва царя с саками-тиграхауда выгравирована на одной из печатей Дария — поверженный враг лежит у ног владыки, а другого, в высоком колпаке, царь хватает левой рукой, готовясь нанести удар коротким мечом.

Саки-тиграхауда не были до этой битвы подчинены персам, так как Дарий не называет их мятежниками, а их вождя, Скунху, не обвиняет во «лжи», т.с. в мятеже против власти. Сам Скунха изображен на Бехистунском рельефе не с обнаженной головой, как прочие мятежники, а в остроконечном колпаке высотой в половину его роста. Ничего не говорится и о казни Скунхи; упомянута лишь его замена другим вождем саков, угодным Дарию. Следовательно, поход Дария против саков-тиграхауда был не карательной акцией, а подчинением ранее непокоренного народа [Дандамаев, 1985,с.101].

Местоположение страны саков-тиграхауда определяется названием той большой реки (употреблено слово драйа — море, большая река), через которую переправился Дарий перед битвой. В надписи река не названа, однако же, имеются косвенные свидетельства, указывающие, что большой рекой, разделявшей тогда персов и саков, была Сыр-Дарья. В нескольких надписях, выгравированных на золотых и серебряных пластинах (такие пластины закладывались в фундамент строящихся царских дворцов), Дарий, определяя пределы своей державы, на крайнем её северо-востоке называет страну «саков, которые за Согдом», а на крайнем юго-западе — Куш (Эфиопию). Как отмечает Б.А. Литвинский

«в этих надписях Дарий несомненно хотел продемонстрировать колоссальные размеры своих владений, показав, насколько удалены друг от друга их крайние пределы. При этом, как совершенно правильно указал В.В Струве, географические определения даются с точки зрения западного иранца, для которого Согд лежал на северо-востоке, а Эфиопия — на юго-западе. Следовательно … надписи должны указывать на саков, живших на северо-восток от Согда.»
[Литвинский, 1972,с169]

Центром Согда был Самарканд (греч. Мараканда), но на востоке (Согд граничил с Ферганой и Чачем (область Ташкента). Страна саков, находившаяся к северо-востоку от Согда и подчиненная персам, была отделена от согдийских земель Сыр-Дарьей.

Но единственный поход Дария против заречных саков, упомянутый в Бехистунской надписи, был поход против саков-тиграхауда, западная граница которых — правобережье Сыр-Дарьи в её среднем течении, к северо-востоку от Согда.

Ксеркс

Дарий и его наследник Ксеркс (486-464 гг.) называют в своих надписях еще один племенной союз среднеазиатских саков, подвластных персам. Они названы саки-хаумаварга, т.е. “почитающие Хаому”. Хаомой назывался возбуждающий напиток, получаемый из сока эфедры (хвойника) и употреблявшийся в культовых целях. Но “Хаома золотоглазый” был одним из арийских божеств, первым совершившим обрядовое истолчение хаомы и приготовление ритуального напитка. Ему посвящены торжественные строки в Михр-Яште:

Мы почитаем Митру
Которому молился
Лучистый, властный Хаома
Целебный, златоглазый,
На высочайшем пике
Высоких гор Харати…
Он первый жрец, что хаому
Расписанную звездами
И созданную духом
Вознес к высокой Харати
[Авеста, с.75-76]

Обиталище Хаомы — высокая Харати, т.е. Памиро-Алайская горная страна и прилегающие к ней горные системы, где обильно произрастает эфедра. Именно в предгорьях Памиро-Алая, в долинах у подножий «высокой Харати», прежде всего в Фергане и Восточном Туркестане, были основные земли саков-хаумаварга. Далеким потомком языка этих саков был так называемый «хотано-сакский язык», сохранившийся в рукописях VIII-X вв. в оазисах Восточного Туркестана. В тех случаях, когда в ахеменидских надписях упомянуты просто «сака», без сужающего значения термина имени или определения, там имелись в виду саки-хаумаварга [Дандамаев, 1963,с. 178-180].

Персепольская надпись Ксеркса, вместе с саками-тиграхауда и саками-хаумаварга, называет среди подвластных Ахеменидам народов еще и дахов, которым вавилонянин Берос приписывал победу над великим Киром. Никаких других «скифских» народов к востоку от Ирана древнеперсидские источники не знают, но их во множестве называют греко-римские авторы.

Геродот упоминает саков-ортокорибантиев, т.е. «острошапочных», и сакоо-амюргиев (так же, у нескольких авторов, «саки царя Аморга/Омарга», которых достаточно уверенно отождествляют с саками-тиграхауда и саками-хаумаварга персов). Неоднократно упомянуты и дахи (даи). Все остальные этнонимы сакских племен, названные в античных источниках, отсутствуют в ахеменидских надписях.

Оставить комментарий